После официального признания экономического спада в России рассуждения о «стабильности» на фоне жёсткой денежно-кредитной политики звучат всё менее убедительно. В январе-марте 2026 года, по оценке ИНП РАН, экономика сократилась на 1,5% в годовом выражении, а Владимир Путин сообщил, что за первые два месяца ВВП снизился на 1,8%. При этом в материалах Центробанка по-прежнему доминирует риторика о «замедлении», хотя уже признаётся и ослабление спроса, и уменьшение деловой активности.
Центробанк отмечает снижение потребительского спроса в большей части макрорегионов. В марте объём входящих платежей, проходящих через Банк России, был на 8,1% ниже среднего уровня конца 2025 года, а по итогам квартала сократился на 5%. Наиболее заметное падение зафиксировано в операциях с недвижимостью и в розничной торговле. Похожие сигналы дают и социологи: по данным «Ромира», показатель потребительской уверенности в первом квартале ушёл с минус 2% до минус 7%, что отражает рост осторожности в расходах.
На этом фоне в Госдуме жёстко критикуют высокую ключевую ставку, называя политику подавления активности ошибочной. В самом ЦБ, несмотря на ухудшение показателей, продолжают настаивать на сохранении жёстких условий, объясняя это инфляционными рисками и рассчитывая позже перейти к нейтральной политике.
